Мгновения мая 1945-го: «Этот день мы приближали, как могли…»

Суббота, 07.05.2016 09:22 | Рубрика: Патриотическое воспитание
01533

Блестит, как атласные ленты, умытый весенними ливнями городской асфальт. Легким трепетом приветствует каждого прохожего юная зелень, раскрасившая черные стволы деревьев. Как напоен черемухой воздух! Как весело ведут перекличку птицы! Сколько же счастливых, улыбчивых лиц появилось на улицах! В это прекрасное время мы готовимся праздновать самый святой день в нашей истории — День Победы, праздновать 71-й год мира. Это — май 2016-го.

А каким был май 1945 года, а вернее, мгновение этого месяца для тех, кто четыре весны подряд дышал гарью и копотью? Для тех, кто видел страшные пейзажи войны, о которых потом будет спето «здесь птицы не поют, деревья не растут». Для тех, кто потерял в бою товарищей, кто сам заплатил дорогую цену за счастье выдохнуть со всеми оставшимися в живых: «Победа!»

Сегодня мы попросили наших дорогих фронтовиков рассказать о том, каким запомнили они это майское мгновение 1945-го.

Александр Александрович СОЛОВЬЕВ, заслуженный деятель искусств Беларуси. В 17-летнем возрасте добровольцем ушел в партизаны, с 1944 года находился в действующей армии, воевал на финском фронте, принимал участие в боях в Прибалтике, на Карельском перешейке. Александр Соловьев награжден орденом Отечественной войны II степени. В мае 1945-го — рядовой.

— Как узнал о Победе? Мы стояли в одном из латвийских хуторов и еще выбивали немцев, ведь в Курляндии немецкая группировка находилась до самого конца войны, — вспоминает Александр Александрович. — Пришло время, когда уже казалось, что врага отогнали. Однажды наступила потрясающая тишина, нет стрельбы. И вдруг наш замполит приказывает строить роты. «Война закончилась! Победа!» — только мы построились под этот радостный крик, что-то загудело, и из леса прямой наводкой по нам ударили… Много наших ребят полегло от этого удара. Вот так и погибли мои товарищи с вестью о победе. Мне повезло уцелеть. Мы снова ротами становились в цепи и прочесывали лес. Немцы сдавались.

Алексей Михайлович ИВАНОВ, фронтовик. Награжден орденом Отечественной войны I степе­-
ни. Воевал на 3-м Белорусском фронте. Войну закончил в Восточной Пруссии, под Кенигсбергом. В мае 1945 года — гвардии старший сержант, командир орудия 47-й отдельной бригады 389-го истребительного противотанкового артиллерийского полка.

— В Восточной Пруссии военные действия закончились примерно в конце апреля, — вспоминает Алексей Михайлович. — 2 мая наша часть стояла под Кенигсбергом. Мы находились с техникой в лесу. Естественно, у нас была постоянная связь с бригадой. Очень поздно вечером по рации передали, что взят Берлин! Победа — наша! Какая же радост­ная это была весть — пал Берлин, значит, конец войне. А мы — живы! Все радовались, стали кричать, обниматься, и плакали мы тоже — сколько же товарищей потеряли… Ночью началась такая пальба, что словами не передать! Взлетали ракеты. Нам приказывали прекратить стрельбу, но казалось, что уже никаким приказом не остановить было этот сумасшедший огонь... А 8 мая 1945 года группу, в которую вошел и я, посадили на машины и отправили в Литву, а оттуда эшелоном в Харьковское военное артиллерийское училище.

Федор Минович ЛИСОВСКИЙ, фронтовик, участник боев за Севастополь, прорыва на Перекопском перешейке, боевых операций при взятии Гдыни, крепости Ломжа в Польше, острова Юрген в Балтийском море. Кавалер орденов Красной Звезды, Отечест­венной войны I степени. В мае 1945 года — старшина.

— Мне повезло уцелеть на той проклятой войне, до сих пор думаю, что это самое большое чудо в моей жизни, — говорит Федор Лисовский, бывший помощник командира взвода 31-й гвардейской минометной бригады. — Весной 1945 года я дошел до Берлина… Ликование, стрельба и крики «ура!» Так запомнилась Победа. Там, в Берлине, много было разрушений, я увидел небольшой полуразрушенный магазинчик. Зашел. Увидел упаковку белых перчаток и не мог отвести глаз, смотрел как зачарованный на эти белые перчатки. Они были из какой-то другой жизни, из той прошлой… Сам не знаю, зачем взял их? А ведь пригодились! Выезжали из Берлина, и я, завидев на дороге девчонок-регулировщиц, каждой стал бросать, как цветы, пары белых перчаток и кричать: «С Победой, девочки!» И в ответ мне было: «С Победой!» Какое это счастье — Победа…

Галина Григорьевна ЗАМАЛИНА, фронтовичка, награждена медалями «За боевые заслуги» и дважды — «За отвагу». Во время войны работала в подполье в Чашникском районе, сражалась в партизанском отряде в бригаде Дубровского на Ушаччине, участница Прорыва. Воевала на 1-м Прибалтийском фронте, бы­ла снайпером, а затем связисткой. В мае 1945 года — рядовой боец 96-го полка 306-й стрелковой дивизии.

— В это время мы находились в Латвии, в городке Кандава, что на реке Абава. Меня уже обучили и перевели в линейную связь. Знаете, это же командующий фронтом Баграмян кинул клич — убрать женщин с передовой, мол, им рожать скоро надо будет, — рассказывает Галина Григорьевна. — Так снайперскую винтовку я поменяла на катушку, обеспечивала связь полка с батальонами во время боев, устраняла разрывы... Ночь со 2 на 3 мая выдалась тихой. Наша рота ночевала на току, мы все расположились на большущем сеновале. И вдруг часа в четыре утра стали раздаваться выстрелы. Мы все всполошились, схватились за автоматы. Со всех частей люди выскакивали на улицу, а здесь уже стояли крики: «Ребята, Победа! Берлин взяли!» Что же началось тогда! Вот вспоминаю, и сердце за­ходится у меня… Стрельба была безостановочная. От огня рассвет превратился в день. Какие-то сол­датики нашли тут же гитару, разыскали гармониста. И все стали петь, плясать. Мы не могли утихомириться. И вдруг меня радостно окликает молоденький офицер: «Эй, связисточка, садись, прокачу!» На невесть откуда взявшемся трофейном мотоцикле мы понеслись по побережью, ехали и кричали от счастья, он пел и я с ним. Мы смеялись от радости, что живы и нам по 20 лет. И у нас — Победа!

© Авторское право «Витьбичи». Гиперссылка на источник обязательна.

Автор: Подготовила Наталия КРУПИЦА.
Оставить комментарий
Текст сообщения*
Обновить Защита от автоматических сообщений