Дочь за отца. Свою долю суровых испытаний во время афганской войны взяли на себя и советские женщины – военнослужащие, гражданский персонал

Среда, 24.04.2019 09:09 | Рубрика: Афганский излом
0587

Мужской образ воина-интернационалиста справедливо занял почетное место в истории Отечества. Но вместе с мужчинами тяготы и лишения службы в Афганистане разделяли и представительницы слабого пола. Медсестры и врачи, работницы военторга и столовых, переводчицы, шифровальщицы, связистки, сотрудницы штабов… Масса военных и гражданских специальностей, по которым работали женщины. Никто из них не был застрахован «за речкой» от тяжелых заболеваний, шальных осколков при артналетах. И такие трагические случаи были. Герой нашей очередной публикации из цикла «Афганский излом» – член Витебской городской организации «Братство» Белорусского союза ветеранов войны в Афганистане старший прапорщик в отставке Людмила Журавлева.

Армейский дух она впитала в себя с детства. Ее отец, Павел Цикин, принимал участие в разгроме японской Квантунской армии. Там же, на Дальнем Востоке, откуда Людмила Павловна родом, она вышла замуж за лейтенанта-десантника и вслед за супругом переехала в город Болград Одесской области, куда передислоцировалась 98-я гвардейская воздушно-десантная Свирская Краснознаменная ордена Кутузова II степени дивизия имени 70-летия Великого Октября. Вскоре Людмилу Журавлеву назначили на должность начальника секретной части 100-го отдельного зенитного ракетно-артиллерийского дивизиона 98-й ВДД. Тому способствовали важные качества прапорщика Журавлевой – ответственность, аккуратность, знание тонкостей своего дела, преданность десантному братству и военной профессии в целом.

К сожалению, Людмиле Павловне довелось пережить большое горе: умер из-за болезни ее муж. На тот момент военнослужащим в Болграде уже было известно, что не за горами окончание афганской войны. Но когда именно начнется вывод войск, никто, конечно, не знал. Людмила Журавлева написала рапорт с просьбой направить ее в Афганистан для дальнейшего прохождения службы по замене. Нет, это было не бегство от тяжести утраты, а осознанный выбор, в основе которого – патриотические чувства, привитые отцом и армейским сообществом. Перед тем как отправиться «за речку», съездила в отпуск к родителям. Не обошлось без материнских слез. А вот отец одобрил решение дочери, сказав: «Ты у меня боевая. Тебе там самое место».

Прилетев из Болграда в Кабул в конце 1987 года, Людмила Журавлева явилась на доклад к командиру 62-го отдельного танкового батальона 103-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, в состав которого была зачислена в прежней своей должности. Командир глянул на ее обмундирование и сказал, что в расположении части, как и другие женщины-военнослужащие, она может носить гражданскую одежду. Кто ж об этом мог знать заранее! Пришлось писать сыну-старшекласснику, чтобы с первой же оказией передал что-нибудь из вещей мамы.

Вообще, быт к тому времени в военном городке был налажен неплохо. Это вам не первые годы ввода, когда жили в палатках и еще не имели всего того, что необходимо для жизнеобеспечения воинских подразделений и что постоянно доставляли из Союза. И сводить к минимуму последствия тяжелой санитарно-эпидемической обстановки смогли далеко не сразу.

Война, конечно, не женское дело, если понимать под этим понятием непосредственно бой с противником, тяжесть марш-бросков, опасность налететь на засаду, подорваться на мине и тому подобное. Но и на войне, как считает Людмила Павловна, найдется много работы, с которой хорошо справится сильная духом женщина.

Да, на «боевые» ее не отправляли и степень риска во время службы была не столь высока, как у бойцов. Но от этого война не переставала быть войной. Однажды шли в столовую на обед. Вдруг над головой раздался какой-то необычный звук, после чего где-то прогремел взрыв. «Не переживай. Всего лишь душманский эрэс», – пояснил замполит. Реактивный снаряд – и не переживать? Разорвался он, кстати, как потом выяснилось, где-то в расположении саперов, но, к счастью, обошлось без жертв. А в столовой для Людмилы Павловны приберегли сочный кусочек арбуза. Отведать его так и не удалось: после первого разрыва вскоре раздался второй (этот снаряд угодил в здание дивизионной библиотеки), и пришлось немедленно отправляться в укрытие.

После этого случая, который произошел 31 августа или 1 сентября 1988 года, артналеты душманов стали настолько частыми, что пришлось срочно сооружать дополнительные капониры для укрытия. Бывало, что и спали в верхней одежде на случай очередного обстрела.

В ночь с 29-го на 30 января 1989 года самолет военно-транспортной авиации, проследовав по маршруту Кабул – Фергана – Витебск, доставил Людмилу Журавлеву вместе с десантниками на аэродром Журжево, где очередную группу вернувшихся с афганской войны, как и их боевых товарищей, встречали музыкой духового оркестра. Ранее Людмила Павловна в городе на Двине никогда не была. Сын после экскурсионной поездки писал ей в Кабул: «Мама, Витебск – просто сказка! Если это будет возможно, возвращайся сюда жить и служить». И вот она ехала ночью на «Урале» из Журжево на улицу Титову, на новое место службы – в расположение 1179-го гвардейского Краснознаменного артиллерийского полка 103-й ВДД – и спрашивала у подруги: «Маша, это все еще улица Гагарина? Когда же она кончится?» На что Мария Киянко отвечала: «Ну, это же тебе не Болград. Это большой город».

Общий военный стаж у Людмилы Павловны составил 21 год. После Афганистана были у нее еще служба в Фергане, Саратове и наконец окончательное возвращение в Витебск. За мужество и героизм при выполнении интернационального долга Людмила Журавлева награждена медалями «За боевые заслуги», «Воину-интернационалисту от благодарного афганского народа», Почетной грамотой ЦК ВЛКСМ. И сегодня воин-«афганец», участвуя в патриотической акции «Беларусь» помнит, с гордостью проносит в праздничных колоннах портрет отца, рядового бойца Красной Армии. Его дочь тоже была на войне.

© Авторское право «Витьбичи». Гиперссылка на источник обязательна.

Автор: Виталий СЕНЬКОВ.
Оставить комментарий
Текст сообщения*
Обновить Защита от автоматических сообщений